Время молитв: Фаджр: 7:54 - Шурук: 9:54 - Зухр: 13:04 - Аср: 14:22 - Магриб: 15:54 - Иша: 17:54 |
Календарь
 
 
Основы ислама
Ислам и мир
Ислам и наука
Искусство ислама
Мусульмане Петербурга
Духовное
Семья
Статьи и публикации
По странам и континентам
Часто задаваемые вопросы
Наш центр
Детский праздник
Женский вечер
День Корана
Мусульманская свадьба. Рассказ и видео-ролик
Мусульманка в современном обществе
Вечер, посвященный Дню Победы
Программа лекций по тафсиру Корана в Рамадане
Как проходил Рамадан в нашем центре
Заявление Исламского Культурного Центра «Источник»
Женский вечер по окончании Рамадана-2007
В хадж из "Источника"
Танец пера и чернил
Курбан-Байрам 2007г
Детский праздник
У нас в гостях- Клуб Автостопщиков
Мароканский вечер
Фестиваль культур
Рамадан 2008
О том, как наши дети праздновали Ураза-Байрам
Женский вечер по окончании Рамадана -2008
«Рай под ногами ваших матерей»
Водная прогулка
На шашлыки
Женский вечер: Окончание Рамадана, 2009
Семейный вечер
Детский праздник
Рассказ- фоторепортаж: Благословенная мечеть аль-Акса
Студенческий Клуб путешественников: " Особенности путешествий в исламские страны"
Наше участие в программе "Месяц толерантности"
Уроки толерантности в школах
Лето 2010
Женский вечер окончание Рамадана 2010
в Институте Восточных Рукописей
Курбан-Байрам,2010. Женский вечер
Курбан-Байрам,2010. Детский праздник
Толерантность и разрешение конфликтов.
"Как изменилось отношение к вам после теракта?" Встреча с немецкой корреспонденткой
Петербургские религиоведы в ИКЦ «Источник»
Наши тренинги
Верующая молодёжь в Санкт-Петербурге: проблемы и особенности взаимодействия
Семинар: Проблемы толерантности в молодежной среде
проект "Живая Библиотека" стартовал в Петербурге
ВЕЧЕР ПАМЯТИ ЖЕРТВ ВОЙНЫ
«Религиозная одежда в обществе – защита нравственности или яблоко раздора?»2
Проект «Живая библиотека»-2013
Праздник своими руками
Русская культура и ислам в современном контексте
Живая Библиотека-2013
Мой путь в Ислам
Личности в Исламе
Уроки истории
Медиа NEW!
Исламские программы NEW!
  Голосование ..




  Религиозная одежда в обществе – защита нравственности или яблоко раздора?

Алексей Гайдуков, задавая тон беседе, отметил, что сегодня в Петербурге можно встретить мусульманок в хиджабах, в том числе русских мусульманок. Их наряд говорит о немалой смелости, ведь реакция на хиджаб в общественном транспорте может быть разной. Ведущий припомнил пару случаев из личного опыта, кода был ошибочно принят за мусульманина, из-за чего подвергся нападкам со стороны случайных прохожих. Быть мусульманкой, соблюдающей все правила своей религии в Петербурге, не говоря уж о школе, весьма трудно и не всегда безопасно – заключил он в итоге.

П. И. Кутенков, хранитель огромной коллекции русской одежды, собранной им по деревням, старовер, как он сам себя называет, профессиональный знаток быта и традиций Руси. Он провел блестящую презентацию на тему исторического русского костюма, подкрепляя свой рассказ слайдами и уникальными музейными экспонатами, принесенными специально для встречи. Было поведано о исконно русской традиции тщательно прятать волосы женщины от посторонних глаз.

"Баба" (не путать с уничижительным вульгарным современным пониманием! Слово происходит изначально от понятия «богиня», на Руси подчеркивало высокий статус замужней женщины), была очень почитаема, а потому охраняема, оберегаема. Так, родившая женщина не показывалась на глаза чужим людям три года, а поскольку рожали в те времена часто, то лет до сорока она фактически жила взаперти.
Такая строгость была связана с народными поверьями. Считалось, что женщина по своей сущности тесно связана с тонким миром и волос ее наделен особой губительной силой. Через волосы осуществляется связь с Богом, с родовым духами и с нечистым. Когда волосы не покрыты, она легко входит в контакт с нечистой силой, лукавый соблазняет её, разрушая семью, воздействуя через женщину на весь род. На тонком уровне происходит родовое уничтожение.

В середине 19 века непокрытыми появлялись на публике только дворянские женщины, а с приходом Советской власти платки стали повсеместно упраздняться, подолы укорачиваться. Павел Иванович Кутенков, со ссылкой на святорусских старцев, назвал это одним из предзнаменований конца света.

Если в некой культуре прописаны какие-то божественные начала, то ее предписания будут одни и те же, даже если внешне реализация их различна. Это культурное явление известно как синкретизм - единение разнородных вероучительных и культурных положений. То, что на Руси достигалось очень жесткими требованиями к женской скромности и закрытости от внешнего мира, в исламе решалось при помощи паранджи – подытожил докладчик.

Ильдар, экономист, выпускник ФинЭка:
«Сама по себе проблема хиджаба невелика, но она может стать причиной фундаментального раскола общества, чего никак нельзя допустить. В нашей стране не должно быть разобщенности на религиозной почве. Как именно разрешить ситуацию – вопрос для специалистов, но решение вопроса должно быть таким, чтобы цельность общества сохранилась».

Несколько иное видение вопроса представил собравшимся писатель А.Ю. Козлов:
«Это манипуляция нашим сознанием. Можно ли носить «свою» одежду – сари, хиджаб, длинную в пол рубаху в сочетании с бородой необъятных размеров, в то время как очень многие люди ходят скорее раздетыми, чем одетыми и это никак не обсуждается?

Где проходит граница между свободой выбора в одежде и недопустимым нарушением норм морали? Мини-юбки, в период их появления, ассоциировались у людей с неким непотребством, а сейчас этим никого не удивишь. Мы задаемся вопросом: насколько скромно допустимо одеваться, но, молчим о том, насколько допустимо раздеваться. Летом по Невскому проспекту ходят девушки практически в нижнем белье. Уже в храм приходят женщины в шортах…

Быть может, на этом стоит заострить внимание в первую очередь. Ядро каждой культуры, основывается ли оно на православии или на исламе, неразрушимо, и от него и следует отталкиваться. Выработав общие нормы морали, утвердив их, полноценно решить вопрос о религиозной одежде будет гораздо проще.

Другой аспект проблемы – намерение, с которым человек одевается. Можно одеваться, чтобы было красиво и нарядно, и это в православии очень приветствуется. В храм по возможности нужно приходить опрятным и нарядно одетым. Но можно разодеться, чтобы соблазнить противоположный пол или своих друзей и подруг экстраординарным нарядом.

На платок (хиджаб) можно взглянуть и с практической точки зрения. Если вы придёте в ресторан, то повар, даже если он мужчина, будет обязательно в колпаке. Специальные головные уборы носят представители всех профессий, где требования к гигиене повышены. Да и просто в быту платок весьма удобная вещь. В 70-х гг. женщины ещё выходили в платках на улицу. И причёска сохраняется, особенно если волосы длинные, и лишний раз подчеркивается женственность.

Последнее особенно важно сейчас, когда люди, повинуясь модным тенденциям, становятся какого-то среднего пола, почти не отличаются друг от друга, результат- разрушаются семьи, дезориентируется молодежь. Важно только понимать, что платок в быту и платок в школе – принципиально разные вещи».

Алексей Гайдуков:
«На теологическом факультете РГПУ заочно обучаются священнослужители. Когда на сдачу экзаменов пришли монахини в своих традиционных одеждах, это вызвало возмущение студентов и было названо пропагандой религии, хотя сдача экзаменов группой курсантов форме или «чудом» в рваных джинсах с дредами ни у кого возмущения не вызвало»

Елена Гудименко:
«Я была вынуждена сменить работу как раз из-за хиджаба, поэтому вопрос платка для меня-первостепенной важности». Она категорически возражает.
Согласно ее мнению, дети с самого раннего возраста должны воспринимать мир многообразным и ярким, таким, каков он на самом деле. Должны с первого класса знать, что люди бывают разных национальностей и религий, и что девочка в платочке или мальчик в оранжевой кришнаитской рубахе такие же личности. Все мы разные, и правильность своего пути нужно доказывать делами, тогда другие, быть может, последуют за тобой. Установка: «я один хороший, а вы все плохие» – не годится и ни к чему доброму не приведет, а лишь вызовет ответную агрессию.

«Мы живем в мире стереотипов, где каждый непохожий на нас воспринимается чаще всего враждебно. Может быть поэтому, когда я принимала ислам, почти все мои знакомые были против. Им казалось, что все мусульмане темные, необразованные люди, террористы, живущие в каких-то аулах. Но кто-то эти стереотипы формирует? Возможно, это момент политический. Ненависть всегда должна быть куда-то направлена. В 1812 году мы ненавидели французов, потом евреев, затем немцев, теперь придумали не любить мусульман

Мы уже проходили в советские времена школьную форму, призыв сделать жен- общими, людей- серыми, и поклоняться единому богозаменяющему кумиру… Пусть каждый изначально имеет право ходить, как он хочет, и пусть каждый учится принимать других людей такими, какие они есть».

Владимир Егоров
перевел беседу в культурно-религиозную плоскость, сказав, что в разных культурах существует различное отношение к религии. В Турции он видел женщин как в платках, так и без. И те, и другие считают себя мусульманками. Та же картина в петербургской ингушской религиозной общине «Зикр», причем русские девушки там чаще всего покрыты, а ингушки – нет. Это не мешает им мирно уживаться друг с другом.

Проблема хиджаба, на взгляд Владимира Егорова, не столько религиозная, сколько культурная и морально-этическая. В любой религии есть либералы, а есть фундаменталисты, готовые твердо стоять на основах веры. Зачастую они стремятся обратить в нее всех и всем навязать свою волю, не важно какой ценой. В средние века христиане были готовы убивать всех ради веры в Христа. Потом появилось новое осмысление, связанное с переворотом Коперника и с открытиями ученых: вера – это не когда человек готов убить других ради торжества своих целей, а когда он готов сам принести себя в жертву.

«Что касается Петербурга нашего времени, то говорить следует именно о проблеме хиджаба, у других конфессий проблем с религиозной одеждой практически не возникает. Школы – вопрос отдельный и у меня нет однозначного ответа на него» – сказал Владимир Егоров. «Я не уверен, что мы готовы принять девочку в платке или бородатого старшеклассника в длинной однотонной рубахе, особенно, если он станет вести себя агрессивно.

Война в Чечне оставила свой горький след в новейшей истории нашей страны, и случалось так, что поведение солдат с той и с другой стороны принимало крайние формы. Русские могли говорить при этом, что воюют за страну и за христианство, чеченцы – что воюют за свободу, и принимали крайние формы ислама, готовые убивать других.

Все остальное – интерпретация СМИ и домыслы обывателей, ничего не желающих знать об этой войне. Отсюда и пошел образ агрессивного мусульманина.

Слава Богу, времена меняются, сейчас уже легче, но возникла другая проблема – мигранты. Среди них есть преступники и торговцы наркотиками, и, хотя большинство находящихся в тюрьмах людей скажут, что они православные христиане или атеисты, мы видим преступников прежде всего в приезжих. Это проблема свой – чужой. А чужими зачастую воспринимаются люди другой нации, даже если они граждане нашей с вами страны.

Здесь нужна большая просветительская работа, и государство должно ею заниматься, должно финансировать такие проекты. В нашей стране, где ислам существует уже шесть-семь веков, решить вопрос значительно проще, чем, скажем, в Германии, куда мусульмане пришли после Второй мировой. Все что нам нужно – чуть большая интеграция в тех регионах, которые прежде были моно-конфессиональными».

Анна Филатова
подошла к вопросу очень по-женски: «Для меня очень важен мой внутренний мир» – сказала она. «Я считаю нужным носить то, что как мне кажется, мне идет, и главный советчик в этом вопросе- мой муж. Женщина должна оставаться женщиной, быть ранимой, слабой и пусть одежда это подчеркивает. Если вам нравятся хиджабы – носите их, главное, чтобы выбор этот был свободным».

«В разных религиозных течениях по-разному относятся к покрытию головы. Женщины - баптистки, к примеру, носят платок, а адвентистки, ссылаясь на апостола Павла и Новый завет, говорят, что покрытием женщины являются ее волосы».

На встречу Анна пришла не одна, а вместе с учениками, учащимися девятых-восьмых классов. Ребята затруднились ответить, как отнеслись бы к девочке хиджабе, появись она в их школе. Интересно, что мнение гостей встречи на этот счет было: «отрицательно», - послышалось со всех сторон – «дети бы ее не приняли».

Фатима, ученица 7 кл. СПб школы, хрупкая девушка с очень искренней и открытой улыбкой.
Прошлой осенью Фатима впервые пришла в школу в хиджабе. Это был шестой класс. Директриса в тот же день вызвала ученицу к себе для беседы. «Ты всегда теперь станешь так ходить?» – спросила она. Фатима ответила утвердительно.
– «А не боишься, что ребята тебя не примут?» «Нет» - ответила девочка. Через месяц начались проблемы: хиджаб потребовали снять в категоричной форме, но Фатима уже «срослась» с ним и не нашла в себе сил сделать это.
Ей дали неделю на выполнение требований, но девочка продолжала ходить в платке. В самый трудный момент, когда Фатима, после жесткого разговора с директрисой, пришла в класс в слезах, поддержали ее именно одноклассники: «Не бойся, мы за тебя» – сказали они, «если надо будет, директрисе бойкот устроим».
Прошло больше года. Фатима продолжает ходить в школу в хиджабе. Притеснений со стороны директрисы больше нет.

Историю Фатимы прокомментировал Алексей Гайдуков: «Фатима азербайджанка, так сказать, этническая мусульманка. Все мы выросли в советские интернациональные времена и директриса, скорее всего, просто смирилась с платком девочки. Что было бы, если бы в платке пришла русская шестиклассница, летом принявшая ислам?» – обратился он к гостям вечера.

К хиджабу отнеслись бы негативно учителя, а не сами ученики – высказал свое мнение старшеклассник Василий. «Это не проблема хиджаба, просто не любят у нас тех, кто не как все. Если мальчик начнет вдруг декламировать стихи на уроках или выкинет еще что-нибудь эдакое – давление на него окажут не меньше, чем на девочку в платке».

Анна Филатова подхватила тему: «Когда я училась на Сахалине – к нам в девятый класс пришла девочка из Чечни. Ее отправили в самый худший из классов, учителя ей занижали оценки, хотя у неё был очень хороший русский язык (это было время Чеченской войны). Мы с ней подружились – она оказалась очень хорошей девочкой, не выпивала, не курила. От Хеды я узнала исламские законы о пище. Под моим влиянием отношение учителей к ней изменилось, а сама она стала ходить в школу с радостью и закончила без троек».

Алексей Гайдуков:
«Есть два момента. Первый: стереотипное восприятие «чужих», когда попавший «под горячую руку» таджик вынужден отвечать за действия всех мигрантов из Средней Азии, а грузинской студентке приходится оправдываться за действия Саакашвили.
Второй момент – это противопоставление себя другим по принципу «я – праведница, а вы все- грешники». Когда кто-либо ведет себя наперекор другим, подчеркнуто агрессивно, это вызывает встречную волну агрессии».

Стрелка часов приближалась к восьми, мнения гостей в целом были озвучены, когда слово перешло к принимающей стороне. Представилась возможность высказаться самим мусульманкам, постоянно носящим хиджаб.

За каждым платком стояла своя история, полная радости от обретения истинных ценностей и боли от непонимания близких. Многим женщинам приходилось жертвовать карьерой, материальным благополучием и отношениями с сослуживцами. Справедливости ради отметим, что были и те, кто особых трудностей не испытал, кого приняли вместе с платком и с новой системой ценностей.

Анна Варакина, выпускница Государственной Полярной академии:
«Преподаватели в целом отнеслись к хиджабу очень спокойно, один из них поинтересовался, добровольное ли это решение и, получив утвердительный ответ, оставил расспросы. Кто-то из однокурсниц спросил сочувственно: «Что тебе теперь, ни выпить нельзя, ни «потусить» на дискотеке?» Для Анны же вопрос сокурсницы звучал нелепо.

Зейнаб Нестерова,
выпускница геологического ф-та СПбГУ, преподаватель центра «Источник»: «Тема исламского хиджаба в России вторична. Проблема искусственно раздувается, и первой целью тех, кто затеял антихиджабную компанию, является развращение общества. Развращение женщины – скорейший путь к этому, а значит, любая одежда хороша, только без платка, да как можно больше «обнаженки».

«Есть еще одна цель» – вступила в дискуссию Дарья Халафова,
преподаватель иностранных языков, – «разжигание межнациональной и межрелигиозной розни. Нам навязывают европейский взгляд на проблему, но прежде чем перенимать чей-то опыт, нужно понять, насколько он успешен. В той же Франции, запрет на хиджаб вызвал волну протеста и был, по всей видимости, не лучшим решением вопроса. Толерантность, о которой нам твердят с экрана, переводится на русский язык как «терпение по отношению к кому-то или к чему-то», а значит, есть те, кто терпит и те, кого терпят.

В России сложился иной, гораздо более позитивный опыт взаимодействия, взаимопроникновения разных культур. Он основан на уважении и взаимном интересе друг к другу. Я - против толерантности. Я за дружбу, объединение в борьбе с чудовищным разложением нравов, царящим сегодня в обществе».

Последний призыв сорвал бурные аплодисменты участников встречи. Внутренне все согласились, что морально-нравственная деградация – наш общий враг, независимо от того, кто, как, и во что верит или не верит.

Гаджимурат Дамадаев,
аспирант философского ф-та СПбГУ: «Вопрос нельзя решать ни простым запретом, ни проводя параллели с другими конфессиями. Снимая платок, христианка чувствует не то же самое, что мусульманка. Хиждаб в исламе является обязательной, неотъемлемой частью религии, а свобода вероисповедания закреплена в конституции нашей страны. Запретить носить хиджаб – это как запретить ходить в храм».

Поддержав мысль о чувствах, в дискуссию вступила Инна (в исламе Самия): «Я надела хиджаб на сердце, его невозможно снять. Я закрываю от посторонних глаз свою красоту – свое тело – дарованную мне Богом собственность. Это моя обязанность, и перед Аллахом я ответственна за ее исполнение. Если хиджаб запретят, я смогу только сидеть дома».

Анна Филатова:
«Вера – это добрые дела и поступки. Готовы ли вы пойти в детский дом, к примеру, и взять ребенка на воспитание? Проявить свое женское предназначение в этом, а не в одежде. Я против хиджаба, но считаю, что женщина не должна сидеть дома с покрытой головой, она должна развиваться как личность».

Эта реплика вызвала ропот несогласия среди мусульманок. Никто из пришедших на вечер женщин не считал себя ни прикованной к дому, ни ограниченной в возможности развиваться. Все пришедшие состоялись как личности - учатся, делают карьеру, преподают и ведут общественную работу. Ни дети, которых в мусульманских семьях обычно несколько, ни платок не мешают этому. Препоны возникают совсем с другой стороны.

Зухро :
«Я этническая мусульманка, как принято говорить. Работаю заместителем главного бухгалтера в холдинге нефтегазовой компании, состоящем из восемнадцати дочерних предприятий. У меня русский муж, вполне довольный и моим образованием и моей работой. Никто не принуждает меня сидеть взаперти, хотя семья чрезвычайно важная часть моей жизни, да и как же иначе, ведь с нее начинается общество.

Однажды мне довелось увидеть слезы на глазах очень состоятельного мужчины, когда он говорил об исламских семейных ценностях. Он ездил на БМВ с правительственными номерами, не верил в Бога, считая, что всего в жизни добился сам, и у него было все, кроме семьи.

Я родилась в Душанбе, в светской семье. Мама работала в Совете Министров Президиума Республики Таджикистана, папа в ЦК КПСС. В 16 лет приехала в Россию, а в 18 уже вела активную общественную жизнь. Занималась профсоюзной работой, училась в Горном университете. Была одним из лидеров известного молодежного движения для развития молодежи РФ. К 24м годам блестяще защитила кандидатскую диссертацию, создала свой бизнес и положила начало политической карьере.

Для меня хиджаб – это моё поклонение, совершаемое ради Бога, а ради Бога я не могу делать плохо. Это касается не только одежды. Мой рабочий день заканчивается в шесть часов вечера, но в дни отчетов я, бывает, задерживаюсь до десяти – ради Господа я должна сделать свою работу наилучшим образом.

«До платка» я работала при правительстве РФ, стояла у истоков создания Молодежного правительства, работая над проектом развития предпринимательства в среде молодежи.

Всем этим я оплатила возможность носить хиджаб. Пришлось расстаться с доходом более 100 000 рублей, и, куда, бы я не обращалась в поисках новой работы, больше 20 000 рублей мне не предлагали. Никто не верил, что таджичка – мусульманка в платке могла сама защитить диссертацию, все говорили: «Вы просто купили кандидатскую…»

Кто обучался в Горном университете, знает, что-либо купить невозможно, тем более кандидатскую, в этом большая заслуга ректора вуза В.С. Литвиненко. Обидно было до слез.

Всевышний, для которого я так старалась, не оставил меня, и своей нынешней работой я довольна вполне, хотя, однажды мне сказали, что платок нагоняет страх на людей, создавая тревожную обстановку в бизнес центре.

Не следует, однако, думать, что хиджаб принес мне одни только разочарования в деловых отношениях, были и приятные эпизоды. Наша компания сотрудничает с зарубежными организациями. Однажды, во время общего собрания с их участием, меня попросили принести документацию из финансового отдела. Когда я вошла в зал совещания, они встали из уважения ко мне, и, обращаясь к моему начальнику, спросили: «Почему вы не сказали, что у вас работает королева?» Он не понял вопроса, тогда один из мужчин пояснил: «Королева Англии никогда не снимает свою шляпу, даже если просто вышла погулять с собачкой. В этом есть достоинство, и Вы не сказали, что у вас работает такой человек…»

К чему я все это рассказываю? Мы редко ставим себя на место других людей и, видя мусульманку в хиджабе, не думаем, что стоит за ее платком. Прежде чем сказать резкое слово, осудить или запретить, нужно понять, что для нее платок – это гораздо больше, чем предмет гардероба.


Еще одним примером изначально предвзятого отношения к хиджабу послужил рассказ Кристины Косорыгиной.
Ветеринарный врач по образованию, она работала в Петербургском зоопарке заведующей отделом хищных млекопитающих. Работа была интересной и очень нравилась: транспортировка медведей в Японию, трансляции по ЦТВ, разработка программ, мероприятий для гостей зоопарка, участие в международных конференциях- на протяжении трех лет она оставалась лучшим руководителем отдела. Но все это было «до платка». Надев его, Кристина в одночасье стала «никем» и с работы ее выжили.

Устроиться на новое место оказалось непросто. Отчаявшись найти работу по специальности, Кристина попыталась устроиться хоть куда-то, но в хиджабе не брали ни сортировщицей писем на почту, ни укладчицей товаров в универсам. Совсем недавно история получила счастливое продолжение.

Вот как рассказывает об этом сама Кристина: «Три месяца назад мне удалось устроиться на работу в зоомагазин, хозяин которого предъявлял очень высокие требования к соискателям. Собеседование проходило по телефону, и, в ответ на особенности работы, озвученные хозяином магазина, я рассказала о своей особенности – платке. Хозяин магазина, башкир по национальности и этнический мусульманин, тем не менее взял «тайм-аут» на раздумье и перезвонил через две недели. Мы встретились. Он задавал очень много вопросов о том, как я буду работать, что сделаю, что отвечу в той или иной ситуации, часто упоминая, что он из светской семьи, хотя и верующий человек. Его можно понять. Он боялся, что люди станут обходить стороной магазин, завидев продавщицу в платке, и доход снизится. Поразмыслив еще две недели, он все же позвонил мне и сказал: «Я положился на Бога и взял тебя».

Прошло несколько дней. Выручка в мои смены оказалась больше, чем в другие дни. Посмотрев, как я общаюсь с людьми уже на третий день стажировки, работодатель сделал мне предложение об открытии зооцентра с моим участием в роли руководителя.

Проблем в общении с клиентами не возникало, скорее наоборот. Увидев, что я люблю животных, многое знаю о них и могу грамотно проконсультировать, люди стали чаще заходить ко мне, не всегда даже за покупками, просто поговорить о своих питомцах. Некоторые расспрашивали меня об исламе. Были и те, кто зашел поздравить меня с праздником Курбан-Байрам».


Светлана Булатова, студентка РГПУ им. А.И.Герцена, рассказала о работе мусульманского Фонда помощи детям «Солидарность». Помощь фонда распространяется на детей независимо от их вероисповедания, или его отсутствия. Девушки в платках ездят по хосписам, по детским домам. Желающим присоединиться к работе фонда предложили дополнить собой список волонтеров.

Башир,
канд.физ-мат.наук,
корень проблемы увидел в противоречии между провозглашаемой в СМИ свободой и жестким запретом на платок, а также любые религиозные символы в ряде стран. «Свобода должна быть для всех, но на деле получается, что одни «свободнее» других, они ходят в чем хотят и указывают другим «свободным» как им следует одеваться. Я не вижу проблемы с навязыванием хиджаба. Это нигде не звучит, но призывы «снимите!» слышны со всех сторон. Снимите тюбетейку! Снимите хиджаб! Снимите крестик!

Мы должны понимать, что Бог возвысил женщину, доверив ей самое сокровенное, самое важное – вынашивание ребенка. Скромность и целомудрие – ее неоспоримые достоинства. Платок, в этой связи, только внешнее проявление скромности. В Эмиратах есть множество женщин, которые покрывают голову, но при этом их поведение, голос, высказывания таковы, что они

не воспринимаются как покрытые, они будто бы без хиджаба.

Моя жена русская. Она не носит хиджаб, и я не принуждаю ее к этому. Но у меня есть девятилетняя дочь, и она будет носить хиджаб. Порой моя жена говорит мне: «Жаль, что я выросла в другой культуре, я внутренне не готова к хиджабу, надеюсь, наша дочка будет другой». Предоставьте женщине выбор, и пусть она сама решит, носить ей платок или нет. Но если она уже надела его, то никто не в праве заставлять ее снять».

Зейнаб Нестерова:
«Вопрос надо рассматривать гораздо шире, это геополитическая проблема. Вопрос хиджаба – один из вариантов раскола России. Ислам в данном случае вторичен. Задача, которую ставят перед собой инициаторы притеснений – это выдавливание мусульман из социума, по принципу: «или будьте как мы, или учитесь отдельно, живите отдельно, работайте отдельно от нас –создавайте свой анклав». Это еще один вариант раскола общества.

Я не услышала здесь протеста против платка как такового, но если сам по себе он никому не мешает, то почему в обществе такая проблема не просто существует, а стоит очень жестко?!
Не всегда даже можно винить людей, которые боятся хиджаба. Их так настроили, и у них нет другой информации. Однажды в метро ко мне подошли две очень интеллигентного вида пожилые женщины и сказали: «пожалуйста, только по телефону ничего не набирайте, мы Вас так боимся!» Мне было их очень жаль – и так у нас жизнь не из легких, а тут еще надо постоянно кого-то бояться… Очевидно, что происходит совершенно четкое формирование общественного мнения в заданном направлении» .

Своим видением ситуации поделилась Нина, студентка РГХА.
Нина позиционирует себя как атеистка и считает, что главное в человеке доброта, нравственность, умение сострадать, дружить, помогать тем, кто попал в трудную ситуацию и не причинять зла этому миру. Вопросы веры стоят для нее на втором плане.

«Этим летом я была в экспедиции центре Азии, в Туве. Основные религиозные течения там – это буддизм и шаманизм. В местной школе был прецедент: девочке-мусульманке запрещалось носить хиджаб, а ее подруге-староверке – платок. Ученицы надевали их по выходу из школы. Их сдружила отстраненность от остальных детей, но изгоями они стали не из-за платка. Просто они были не такими как все – не пьют, не курят, на дискотеки не ходят.

Люди должны уважать друг друга, И каждый человек имеет право на свою идентичность, но школьная форма, на мой взгляд, все же нужна. При этом она должна предусматривать некие отступления, связанные с национальной принадлежностью, религиозной и культурной традицией.

Еще один пример. У нас в экспедиции была девочка из Англии, ее родители из Марокко. Она говорила на английском и носила хиджаб. В наш коллектив она влилась лучше, чем в коллектив англичан, с которыми вместе приехала. В английской группе ее сторонились, искренне не понимая, зачем она ходит закрытой в сорокоградусную жару и почему не купается со всеми в озере. Мусульманка из Англии нашла нашу страну очень толерантной. На ее взгляд, уникальность России в том, что здесь испокон веков, на единой территории уживались приверженцы всех религий и разные народы. Они жили на этой земле именно изначально, а не приехали в последнем столетии».

Лада Суюнова,
выпускница СПбГУ, корреспондент небольшой газеты: «В платке хожу последние несколько лет. Я ни разу не сталкивалась с негативным отношением к себе среди людей просвещенных, чиновников, работников образования и сферы искусства.

Как и многие, я разделила бы проблемы хиджаба в обществе и в школе, но только лишь потому, что девочка не обязана носить хиджаб с малых лет. Есть определенный возраст, по достижении которого покрытие головы становится обязательным, а потому я не вижу ничего криминального в запрете на хиджаб в начальной школе.
Что касается средней школы и старших классов, то здесь запрет на хиджаб является нарушением конституционного права личности – права на свободу вероисповедания, согласно ст. 28. Возможно, следует прописать ограничения на цвет и покрой школьного платка. Например, при наличии школьной формы он должен быть «в тон», а при ее отсутствии – однотонным, светлым, без украшений.


Стихотворение Лады Суюновой- В ЗАЩИТУ ИДЕАЛОВ
читать здесь…

А.Гайдуков:
«Есть проблема. Она раскладывается на несколько: культурные, этические, социальные, проблему самоидентификации. Свобода индивидуальных проявлений, в том числе религиозных, выражаемых в одежде, есть неотъемлемое право человека, гарантированное Конституцией РФ. Поэтому надо проводить работу с народом, объясняя, что мусульмане в традиционной одежде не являются врагами и не опасны.

С другой стороны, ксенофобия и недоверие к гастарбайтерам, к людям иной культурной идентичности, приводит к росту напряжения в обществе, особо ярко проявляющемся в повседневно-символической сфере – в одежде и этно-религиозных атрибутах.

В некоторых случаях безопаснее для мусульманки не выделяться из общей массы немусульманского народа.
Отдельный вопрос о школе. В современной ситуации школьная форма необходима (только производители задирают цену в 2-3 раза на одежду, называемую «школьной формой»). На мой взгляд, хиджаб в общеобразовательной школе не нужен: это светское учебное заведение.
Но должна быть предусмотрена возможность ношения «косынки», выполненной в стиле данной школьной формы – таким образом можно преодолеть противоречие светскости и религиозной необходимости. В вузе – проще. Хиджаб может присутствовать, но реакция на него у разных людей может быть не всегда положительной.
В любом случае, всё это регулируется индивидуально. И если преподаватели и администрация видит, что хиджаб- это один из элементов индивидуальности студентки-мусульманки, то проблем быть не должно. Если же хиджаб становится элементом противопоставления себя всем «неверным» и способом манипулирования при выполнении заданий или при выставлении оценок, то такие случаи надо пресекать. Возможно, с помощью обращения к духовным лидерам, имеющим авторитетное влияние на такую мусульманку

Наша общая задача- построение единого российского общества. Единого в своём этно-религиозном многообразии. Каждый гражданин должен быть ценен для общества и само общество с его ценностями должно быть уважаемо каждым гражданином. При таком подходе проблема хиджаба уйдёт, превратившись в важный культурный элемент, подчеркивающий индивидуальность хорошего человека и не вызывающий раздражения у окружающих».

Ахмад Салах-ад-Дин:
«Положение хиджаба в исламе очень схоже с положением древнерусского головного убора» – обратился он к Павлу Ивановичу Кутенкову. «Хиджаб» дословно означает «преграда», он отделяет женское от мужского.

Мужчина прежде всего «добытчик», он ориентирован во внешний мир и красив своими делами, тем, чего достиг в обществе, что сделал для своей семьи. Женщина красива сама по себе, своим телом, волосами, походкой, голосом. Даже мысли ее, когда она размышляет, несут в себе некую тайную радость, заставляя мужчин восхищаться ею. Женщина – суть красота земли и тайна Всевышнего, и мужчина остро нуждается в ее красоте, в ней источник его вдохновения.

По природе своей, женщина – хранительница семейного очага и ориентирована прежде всего на дом. В своем доме она чувствует себя спокойно и комфортно. Это не значит, что женщину нужно в нем запереть, вовсе нет. Мы не против развития личности. У арабов есть поговорка: «женщина – это школа, подготовь ее и ты воспитаешь целый народ». Поистине, это так.
От чего же тогда красоту надо прятать? Почему привлекательность женщины не должна проникать за пределы дома? Для того, чтобы мужчина смотрел только в дом, черпал вдохновение и силы в своей семье. По исламскому преданию, Адам, впервые увидев Еву, спросил ее «Кто ты такая?» «Я – твое спокойствие» – сказала она. Поразмыслим теперь, если женщина ходит дома в старом халате, а, выходя на улицу наряжается, для кого она это делает? Где черпать вдохновение мужу, если вся красота- на улице? Будет ли он спокоен?

Совсем иначе строятся семейные отношения, если муж видит и чувствует, что его жена принадлежит ему полностью, и душой и телом. Если он твердо знает, что никто посторонний не то, что коснуться, посмотреть на его жену не в праве, то его доверие к этой женщине будет гораздо большим. Если мужчина видит, что ради его спокойствия жена уступает ему даже выбор своей одежды, то в его душе будет гораздо меньше причин для ревности и ограничения ее внешней свободы.

Если женщина пришла к этому пониманию, если ее хиджаб результат осознанного решения, если ее поклонение искреннее, то, надев его, она действительно не может его снять.

В СМИ все чаще звучит слово «компромисс» . Подтекст примерно таков: «вы здесь чужие, если вы хотите жить в нашей стране, уменьшите свои притязания, подстраивайтесь под нас». Но это и наша страна, мы, мусульмане, ощущаем себя ее частью. Приняв ислам, человек не обращается против России, это абсурд.

Ленинград, волей Всевышнего, пережил тяжкое испытание блокадой, голодом и послевоенной разрухой. Тогда каждый проявил свою истинную сущность и не было разделения на верующих и неверующих – делились на нелюдей и Людей. Теперь мы стали жить богаче, и алчность съедает наши сердца, понятия «свой» и «чужой» возвращаются.

Тем не менее, я не стал бы окрашивать все в темные тона. Лично меня и моей семьи не коснулось негативное отношение окружающих. Наоборот, каждый раз, когда выхожу на улицу, встречаюсь с хорошим, позитивным отношением. И моя жена в хиджабе, выходит ли она одна или с детьми – ее ни разу никто не обидел.
Люди, каждый в отдельности, очень умные и добрые. Так в чем же корень проблемы?!
»

Лада Суюнова



  Коран ..
  Хадис ..
Посланник Аллаха (да благословит его Алла и да приветствует) сказал:
«Тот, кто ищет довольства Аллаха,
навлекая на себя гнев людей, то Аллах будет им доволен,
и сделает так, чтобы люди были довольны им.
А тот, кто ищет довольства людей,
навлекая на себя гнев Аллаха,
то разгневается Аллах на него,
и сделает так, чтобы разгневались на него люди»
(ат-Тирмизи, Ахмад)



  Наш пророк
  из нашей библиотеки

Сахих аль-Бухари

 

Исламская цивилизация

Фонд Солидарность

Фонд Солидарность
 
все права защищены 2018
Design: a-styles